Первое персидское государство поражало воображение своих современников. Тем удивительнее было его падение всего от нескольких ударов Александра Македонского. Огромное пространство, населенное многочисленными народами от Эллады до Индии распалось на кусочки как разбитый кувшин. Персы изгонялись отовсюду, - отныне они стали гонимой нацией. Даже родная провинция - сатрапия Персия - не была безопасной. Родной город Кира Великого Аншан в древнем Эламе был разрушен македонцами. Персеполис также был предан огню. Весь треугольник Шуша - Аншан - Персеполис, в котором и зародилась персидская государственность, пылал и, казалось, уже никакая сила не возродит жизнь здесь. Национальная катастрофа была так глубока, что персы более чем на 500 лет выпали из "большой игры".

Первые сто лет после вторжения македонцев на иранскую равнину они были хозяевами на этих просторах. Европейцы принесли греческий язык, свою письменность, свои методы управления этим разношерстным миром. Но Восток умеет ждать. Время шло и власть греков постепенно подтачивалась. Враждебный европейцам восток шаг за шагом отыгрывал позиции. Движение за независимость возглавили не персы, как можно было бы ожидать, - нет - они были деморализованы, их элита стала трусоватой и провинциальной. Спасение пришло из туркменских степей - именно оттуда родом были скифское племя парфян, которые при Ахаменидах считались грубыми и неотесанными дикарями с севера. Парфяне вели отличный от персидского образ жизни. По своим пристрастиям они скорее были кочевниками, чем оседлым народом. Несмотря на их дикость и скверный характер, еще при Ахеменидах они приняли зороастризм и постепенно стали своими для персидских народов. Почувствовав, что власть греков Селевкии слабеет, они осторожно продвигались на юг, расширяя территорию Парфии и вот случилось! Единое греческое пространство от Эллады до Индии - главная заслуга Александра Великого - было разорвано и, после того как парфяне вышли на берег Персидского залива, далекая Бактрия была отрезана от государства Селевкидов. Великая греческая Атлантида у подножий Гиндукуша в конце третьего века до нашей эры навсегда покинула европейский мир. А земли от Каспия до Персидского залива занимало новое молодое государство парфян. Независимость от Селевкидов парфяне объявили в 238 году до н.э. Вместе с парфянами в том же 238 году независимость от Антиохии получили и персы. На карте красным я показал место традиционного проживания персов, а голубым - Парфию и ее экспансию. Восток вновь явно собирал силы, но еще 60 лет парфянам потребовалось, чтобы скрупулезно настраивать единый концерт народов иранской равнины. Пара Парфия-Персия была союзной, но первую скрипку в ней играла Парфия. Непрерывное расширение новой мировой державы на запад и юг закончилось тем, чем и должно было закончиться - Восток с потрохами сожрал все достижения Александра Великого и к моменту выхода римлян к верховьям Ефрата они столкнулись тут с равным противником - молодой и жаждущей завоеваний Парфии. У этого государства было много славных страниц в истории, их катафракты разгромили не один легион римлян, все попытки европейцев повторить успех Александра наталкивались на твердое сопротивления азиатов отстоять свое право на собственную культуру. Если отбросить далекий Китай, то Парфия была единственной державой, способной скрестить клинок с Римом. 300 лет сложных взаимотношений, в которых римлянам так и не удалось одержать стратегической победы (тактические - были), показали, что Парфия была не просто сильной державой, а другой, отличной от Европы цивилизацией. Даже одержав ряд побед, римляне никогда не были способны закрепиться там, так как местное население отвергало их образ жизни. А что же персы? Персы замкнулись. Они жили своей собственной жизнью внутри локального Персидского государства во главе с царем, правившем из Персеполиса - города, вновь отстроенного после разрушения его македонцами. Во втором веке до нашей эры Персия имела независимость, но начиная с правления Митридата II (именно при нем парфяне пришли в соприкосновение с Римом), Парфии удалось заставить персов признать себя вассалами Ктесифона. Впрочем, поводок был длинным - персы сохранили видимость независимости и продолжали чеканить свои собственные монеты (о них ниже). На карте слева я изобразил примерную конфигурацию геополитического поля этого региона к концу правления императора Августа. Мы видим, что римлянам противостоит царь Персии Праат IV, сын легендарного Орода II - победителя Марка Красса. Квази-независимой Персией правит Артаксеркс II. В союзе с Парфией персы переживали победы и поражения нового общего государства. Очевидно, персидские воины были на поле, когда гибли легионы Марка Красса, но они же бежали от легионов Траяна, сражались с Луцием Вером и отбивались от Септимия Севера. Но как бы не складывались войны с Римом, последнему так и не удалось ступить на землю Персии. Когда говорят, что Траян, выйдя на берег Персидского залива, всматриваясь вдаль, видел Индию, конечно, лукавят - видеть он мог только Персию - именно она лежала на противоположном берегу Залива. Дальше этой точки (ее я пометил на второй карте) римляне так и не смогли пройти.

За сотни лет отдыха дух персов окреп, постепенно взращивалась новая элита, росло поколение молодых пассионариев. Между тем, в конце второго века н.э. римлянам казалось, что еще чуть-чуть и Парфия рухнет под ударами Империи. Одних их последних ударов, который послал эту державу в нокдаун, был поход Септимия Севера. Ему удалось продвинуться достаточно далеко, вплоть до столицы парфян Ктесифона. В стране началась смута... Но на повторение истории времен Александра Македонского европейцы рассчитывали зря. Силы парфян иссекали, непрерывные распри среди их элиты обескровили ее. Парфия стояла на краю, но за ее спиной маленькая Персия переживала невиданный ренессанс. Знаменательное событие произошло в 226 году, когда персидский царь Ардашир I провозгласил независимость от Персии. Парфяне вяло попытались сопротивляться, но их царь Артабан был разгромлен. На огромном пространстве от Индии до Сирии произошел бескровный переворот - парфянская династия Аршакидов навсегда ушла и на сцену истории вышла молодая и злобная как стая пираний элита Персии. Это был второе восхождение персов к вершинам мировой политики. Занавес умирающей восточной деспотии в лице Парфии был сдернут и перед римлянами, которые уже притомились в ожидании краха их старого врага, возник молодой и энергичный противник. Жизнь на восточном фронте закипела.

Персы перестроили империю по новому образцу. Прежде всего, они передвинули столицу из Ктесифона, который распологался в междуречье Тигра и Ефрата (в современном Ираке) и был слишком близок к Сирии, в Персеполис - центр бывшей сатрапии Персия, т.е. на свою историческую родину. У новой державы хорошая историческая память - персы помнят, что при Дарии их территории доходили до Афин. Они считают всю Малую азию "своей землей". Яростные атаки сотрясают Сирию, год за годом персы штурмуют эту провинцию и пытаются выйти к Средизмному морю. Римляне тяжело отбиваются, тем более что у них самих начались смутные времена - эпоха солдатских императоров. В 241 году на смену Ардаширу приходит его сын Шапур I. Он лично возглавляет войны против римлян и хотя иногда он получает тяжелые встречные удары (например от Гордиана III), в целом его напор и энергия дает о себе знать. В 260 для римлян происходит катастрофа - вдумайтесь, САМ Император вместе с армией попадает в плен к персам. Вне зависимости от судьбы самого Валериана это было поворотной точкой в взаимоотношениях Рима и Персии. Персы таки дождались гибели своего противника, а восточную часть Империи - Византию - долго и упорно прессовали, отодвигая все дальше на запад. Так Восточные народы расквитались с европейцами за годы унижений после походов Александра Македонского.

Эта история особенно актуальна в наши дни, когда персы в третий раз предпринимают попытку построения мировой державы. История показывает, что это великий народ и если он за что-то берется, его трудно остановить. Хорошо бы американцам заглянуть в учебники истории перед вторжением на земли древнего зороастризма. Начиная с независимости от Селевкидов в 238 году до н.э., персы чеканили монеты в греческой весовой системе обол - гемидрахма - драхма. Интересно отметить, что легенда на монетах была написана не на фарси - родном для них языке - а на арамейском диалекте (язык семитской группы). По-видимому, это было остатками памяти о том, что в империи Ахаменидов официальным был именно арамейский язык. Из-за сложности интерпретации этого языка последовательность царей установить очень сложно. Про некоторых мы вообще ничего не знаем. Перелом наступает во времена Ардашира, когда поднялась новая волна персидского национализма. Легенда на драхмах Шапура и его отца уже на пехлеви, старом диалекте фарси, т.е. народном национальном языке персов. Надпись на аверсе драхмы Шапура Великого гласит: "богоподобный Шапур, царь царей иранцев и неиранцев, из рода богов, господин Иранской Империи". Империя Сасанидов похоронила римлян и вышла на берег средиземноморья!

Ниже приведены монеты по теме, которые проходили через наш магазин. Так как "темный" периода истории Персии (с начала вторжения Александра Македонского до падения парфянской правящей династии) оставил крайне противоречивую информацию, аттрибуция монет этого периода очень сложное занятие. Поручится, что та или иная монета оттрибутированы правильно я, разумеется, не могу. Лучшим каталогом по этим монетам является Michael Alram "Iranisches Personennamenbuch: Nomina Propria Iranica In Nummis, Osterreichischen Akademie Der Wissenschaften" (1986). Основная масса монет аттрибутирована по этой книге.